История * Рукопись Кирилла Кугатова Вход
   Статьи по теме  

В.А. Ларенок Меотские древности или рассказ о древних  жителях Ростова

Заселение нижнего Дона и Приазовья от киммерийцев до казачества

Т. A. Скрипник. Амазонки в античной традиции

E.E. Фиалко. Скифские амазонки по письменным и археологическим источникам

Е. П. Савельев. Археологические очерки Дона. Выпуск ІІ-й. Городища дельты Дона. Часть I. Река Танаис

Е. П. Савельев. Амазонки. Глава из книги История казачества с древнейших времен до конца XVIII века. Историческое исследование в трех частях. Часть І. Предки казачества. Из Главы VII.

М. И. Артамонов. Средневековые поселения на Нижнем Дону

В.А. Ларенок, П.А. Ларенок. Некоторые черты погребального обряда некрополя Кобякова городища первых веков н.э.

А. Сидоров. Краткая история донского казачества

Е. П. Савельев. Типы Донских казаков и особенности их говора

М.И. Крайсветный. О роли народов Кавказа в раннем этногенезе донского казачества


   Лента путешествий  

 Без приключений
 Зимнее Провалье
 Елань моей мечты
 Жёлтая река
 У подножья белых гор
 Завтра будет весна
 На границах времён
 Хутор Дубовой. Век спустя
 Новые просторы
 Чудесное Мержаново
 Вдоль Кадамовки
 Сквозь ливни
 По донскому займищу
 В Чертково на кулички
 Пляжный отдых в Цимлянске
 Тайна камней Лепетюхина
 Утро на Песковатке
 Белая балка
 Ледяной туман
 Осеннее тепло
 Осенняя рыбалка на Дону
 Река, вода, гора
 По грязи к скалам
 На песчаном перекате
 Жаркий полдень – плоский свет
 Бросок по Левобережью
 Майский калейдоскоп
 Весенний марафон
 Воскресный день в Гуково
 Мечта сбывается
 Осень на Калитве
 Снежная поездка
 На двух колесах по тракту
 Прямоликие Криворожья
 Мелеховская. Утро туманное...
 Мелеховская. По станице
 Осень среди скал
 Вечерняя прогулка
 Ночь на Чиру
 Каменная балка
 Мелиховская - Пухляковский
 Вёшенская. Лето-2011
 По берегам Калитвы
 На реке, на Быстрой
 Май у Авиловых гор
 Хутор Ленин
 Кости скифа
 Весенняя лихорадка
 Балка Дубовая
 Хутор Богачев
 Лёгкое дыхание зимы
 Просто на память
 Осень в пойменном лесу
 Грибы Донских степей
 Верхний Попов и Дядин
 Балка Западная
 Степная река Кагальник
 Скалы, гроты и красоты
 На древних просторах Подонья
 Волошинский пруд
 Станица Бессергеневская
 Каменская астроблема
 Золотые Горки
 Парамонов — Степной Кут
 Мелиховский юрт
 Парамонов: образцовая улица
 Верхнедонской район
 Большая Белая Круча
 Вот и зима...
 Зимний лес
 Фотоэкстрим +40
 Атаманское лесничество
 Вячеслав — Парамонов
 По балкам и родникам
 Хутор Донской Государев
 По каналам Левбердона
 К истоку Аксайки
 Туманы реки Калитвы
 Лысогорка в мае
 Мусорный ветер
 Весна Сухого Несветая
 Степь да степь кругом
 Выезд на грани весны
 Три Брата и Шар желаний
 Кагальницкие плавни
 Рыба горячего копчения
 Синий курган
 Рождественские катания
 Городищенская лесная дача
 Жемчужина Северского Донца
 Донбасский коктейль
 Да, скифы мы...
 Остров Куркин
 Галопом по Калитве
 Раздорские склоны. Ч.3
 Раздорские склоны. Ч.2
 Раздорские склоны. Ч.1
 В тоннелях Большого Лога
 Фотоэкстрим
 О камнях и не только... Ч.2
 О камнях и не только... Ч.1
 Тайны горы Городище
 Верхний Дон: от М до М
 Каменный
 Кундрюченский анабазис
 Вброд и вперёд!
 Дорога в никуда
 Морская — Мержаново
 Рыбалка на Верхнем Дону
 Три дня вдоль Тузлова
 На склонах Мержаново
 Фидер за третьей косой
 Затерянный мир
 Большой Камень
 Прогулка по Белому Каньону
 Другая гора Городище
 Донец. Рыбалка в октябре
 За судаком и щукой
 Река Сухая
 Каменное поле - отгадки
 По следам метеорита
 Дикий мир Моря
 Типичные кучугуры
 Гребля и Море
 Владимировский карьер
 Большая Излучина Дона
 Загадки каменного поля
 Дикие камни горы Городище
 Белая Калитва. Две Сестры
 Белая Калитва. Пигарька
 Вдоль Дона на велосипеде
 Ростовский Стоунхендж
 Лучшая осенняя рыбалка
 Аксай. Таможенная застава
 Старочеркасск. Ратная церковь
 Старочеркасск. Колокольня
 В ноябре под Багаевкой. Ч.1
 В ноябре под Багаевкой. Ч.2
 Старочеркасск. Собор
 Ночь на Дону
 В Манычскую за рыбцом
 Вёшенские хождения
 Вёшенская. Часть 3
 Вёшенская. Часть 2.
 Вёшенская. Часть 1.
 Крынка
 Путешествие в Багаевку
 Путешествие в Лысогорку
 Богудония
 Кобякова балка
 Прогулка по Зелёному острову


 История Донского края
 
   К. Кугатов. На Дону 300 лет Ефремово-Степановскому селу  
От редактора | Обоснование села Степановка | Поездка купца Ехрема на лечение к кринице
 

Из главы I.

Обоснование села Степановка владений помещиков Ефремовых на реке Белой Калитве

Основана на рукописи смотрителя дворца Черкасской загородной дачи помещика Ефремова, писаря-казначея Хохлачева Луки.

В бытность царствования Петра I и при содействии его матери княгини Натальи Кирилловны, с ведома и положения Торговой Палаты, московские купцы первой гильдии Петров Ехремка и родной племянник Ефрем Петров перебазировались из Москвы в столицу Дона — Черкасск, сделав там свою оседлость.

Петров Ехремка располагал большим денежным капиталом и большим количеством мануфактурных и кожевенных товаров и имел при этом надежные связи с фабрикантами и мануфактурщиками, что благоприятствовало его торговле ходовыми товарами на Дону. Но главной его задачей было обеспечение качественными товарами черкасской знати — тогдашней аристократии. Купец стал пользоваться популярностью как коммерсант. Став на твердую почву, он расставил свои торговые лавки во многих городках и станицах Дона — в Раздорах, Цымле, Есауловской, Десятипятницкой (Митякинской), Мигулинской. В самом городе Черкасске у него было шесть лавок, харчевня и склад по продаже водки оптом и в розницу.

С целью завоевания симпатий среди правящей верхушки Дона, купец Петров не скупился — устраивал увеселительные банкеты со щедрой закуской и добротными винами. На этих банкетах гостями бывали члены войскового круга, военачальники, почетные дворяне и духовенство.Таким образом купец Петров создавал почву для карьеры своему племяннику — молодому купчику Ефрему Петрову. Ефрем к тому времени окончил военную школу и имел чин старшины.

Но стремление к военной карьере у молодого Петрова было неукротимым — он быстро рос в чинах и продвигался по службе. Но одновременно формировались в его характере деспотизм, варварство и свирепость...

Купец Ехремка Петров долгие годы страдал накожной болезнью — проказой (скорее всего, экземой — прим. ред.). Применямые лечения от знахарей, служение молебнов, питьё настоев трав и купание в них не помогали и не облегчали его страданий. И тут до купца дошли слухи о лечебной воде, избавляющей от подобных болезней.

А вышло это так. Черкасские служивые казаки из военного гарнизона при войсковом круге совершали как-то служебную поездку из Черкасска в Мигулинский форпост, на Верхний Дон. На обратном пути, следуя в Митякинский форпост на Донце, команда из семи человек, под начальством урядника Быкадорова из-за сильного снегопада и вьюги сбились с пути. Когда они всё же сориентировались по карте, то оказалось, что они находятся у Острого кургана в 8-10 верстах на восток от реки Калитвы. Путники свернули на запад и переехав по льду Калитву, начали пробираться по резко пересеченной гористыми крутезями и лесными рощами местности, пока в ложбине у крутого оврага не наткнулись на криницу с незамерзающей водой. Это привлекло их внимание; казаки спешились, оставив у коней одного коновода, и подошли к кринице. Они с удивлением смотрели на воду — несмотря на мороз в - 30°C, вода в этой кринице не замерзала, и, что более удивительно, у вытекающего из криницы маленького еричка была трава с высотой в четверть на площади в полтора аршина. Спутники опробовали воду, и находясь у криницы, начали обсуждать, почему же не замерзает эта вода — ведь она на поверхности земли!

Растительность вокруг ручья, вытекающего из Криницы
Ручей, вытекающий из Криницы

Урядник Быкадоров вынул из сумки записную книжку и грифельным карандашом записал следующее: «День 6-го января, год 1678, праздник Крещенье. Вода в оной кринице наполнена до поверхности с землей и, неизвестными скитальцами или заезжими охотниками по зверью и сайгакам, сплетён из лозы сруб и опущен в криницу. Вода в кринице вкусная, пресная, мягкая; температура по ощущению комнатная; по течению с криницы более аршина растительности — травка высотой с четверть. Трава имеет живую внешность, как она бывает летом.»

Криница зимой
Зеленая растительность зимой в ложе ручья, вытекающего из Криницы

Урядник сделал запись, вложил книжку в сумку и проговорил:
— Что-то, значить, в температуре воды, потому и не замерзает...
Рядом стоящий казак Куркин сказал:
— А может быть, этот источник лечебность имеет; обследовать бы ученым эту воду нада...
Казак Куприянов сказал:
— А может, эта вода священная...
— Причем тут священная? — с негодованием сказал казак Куркин. — Видимо, в глубине земли залягают какие-то пласты и выделют тепло.
Казак Емельянов сказал:
— Браты, вот сказывали наши служивые казаки, на Кавказе, у Пятихаток...
— Да не у Пятихаток, — перебил казак Брюзгин. — А в Пятигорске!*
— Там, — продолжил говорить Емельянов. — Вода фонтаном бьёт с земли и горячая — прям можно яйцо сварить, и эту воду пьют хворые и помогается хорошо.
— Гутарите вы, браты, всяк свою мыслю, — сказал фельдшер Невструев. — А вот я в боклажку наберу и в Черкасск дохторам отвезу, а оне в Петербург** отошлют, али в Москву; там ученые проверят и определят свойства этой воды.
— Вот жаль, что у нас нет иконки, а то бы прибить её тут, у этой криницы, — сказал казак Курносов.
— Это функции поповские, — ответил Курносову Невструев. — А наше дело служивое.
Спутники наполнили свои дорожные баклажки водой из криницы и попрятали их за полу полушубков, чтобы те не обледенели и замерзли.
Спутники уже собрались двигаться в путь, как вдруг послышался людской разговор. Быкадоров жестом приказал спутникам быть тише. Вскоре из кустов показался старик, который шел, опустивши голову и с кем-то разговаривая. Приблизившись чуть ли ни в упор к казакам, он растерянно остановился. За ним шел подросток лет 12-13. В руках у них были небольшие деревянные бадьи.
Увидев перед собой вооруженных служивых людей, старик обмер и уронил бадью в снег, подумав, что попал в лапы сыскной экспедиции. Он снял шапку и низко поклонился казакам; его примеру последовал и подросток. Урядник Быкадоров, обращаясь к старику, спросил:
— Что вы за люди?
— Да мы тутошние жильцы — умоляюще ответил старик.
— Надень на голову свой треух, деда, да и ты, малец, — приказал Быкадоров. — А то ишь какой ноне морозище.. А где ваш хутор?
— Да вон там за ериком, под кручей наши землянки...
— А много же вас там хуторян?
— Пять семейств и два парубка (парубки — парни-холостяки лет 18-19 — прим. К.К.)
— А давно ли вы тут живете? — спросил Быкадоров.
— Да давненько, господа служивые, — ответил старик. — Ужо тута и состарились... На Троицу (в июне месяце — прим. К.К.) 33 года уж как будет... Мы сюды в 53-м прикочевали***...
— В 1653? — переспросил Быкадоров. — А чей ты по прозвищу будешь?
— Меня кличут Кубатов Фрол сын Степанов; мой родной сын Степан с женой здесь; а это внук мой, Юрась и ещё семья Уварова Афанаса...
— А родом вы откеля? — спросил Быкадоров старика.
— Родом мы с речки Тихой, старосельского пана крепостные; а ещё три семьи здесь — Коржов Поликарп, Емельянов Епифан и Брюзгин Митрофан, оне — из казаков станицы Десятипятницкой (Митякинской на Донце — прим. К.К.). А парубки — тоже из казаков, Куприянов Егор и Куркин Иван, — их одностаничники; прикочевали сюды ноней весной...
— А что заставило вас сюды прикочевать и жить в таком скитании?
Старик замялся...
— Да ты, старина, говори нам правду — не бойся, мы же не сыскная полиция, мы служивые казаки! — сказал Быкадоров.
— Не обессудьте, служивые, и не предайте нас — мы беглые...
— И чего ж бега пошли? — спросил Быкадоров.
Дед оживился:
— Да за вольницу стали мы гутарить среди селян; ужо тяжка и горестна жизня у крепостного барина. Так нас за вольнодумие соглядатели выдали... Урядник и полицейские приписали нас на выселку в Сибирь, но мы тайно из своего села ушли и тут свою оседлость обосновали. В местах этих мой сородич казак Коржов Поликарп ранее бывал по охотничьему промыслу.
— А чем же вы тут питаетесь? — спросил Быкадоров
— Да сеем — посев жита, десятины две на полянке; бобовые сеем — квасолю, чечевицу...
— Ну а тягло какое есть у вас?
— Есть, — ответил старик. — Четыре коня, две кобылицы, два вола и четыре коровы... Рыбы у нас завсегда вдоволь — и соленой, и сушеной; охотимся мы на зверя токмо не с ружья, а ставим капканы, сильца из конского волоса, ямы копаем на волков в лесу, а на сайгаков — в степу...
— А что, и сайгаки тут есть? — спросил Быкадоров
— Есть, ходят стадами по пол-ста и более...
— Ну, а с народом с каким связь-то держите?
— Да приезжают к нам тайком, под видом охотников, из Десятипятницкой станицы, и оне нам привозят соль, холсты, сокиры, юхту на обувь. А мы отдаем пушнину, рыбу сушоную; фруктов тут в лесу много, — сказал старик, — мы делаем сушку... Жить то тут хорошо, токмо бы разрешили нам гласно жить; всё ждем от Государя манифеста — амнистии для беглых скитальцев, а его всё нету и нету...
Закончив беседу со стариком, урядник Быкадоров сказал:
— Ну что де, прощевайте; живите тут — пусть Господь вас сохраняет. Надейтесь на нас, что вашу жизнь горемычную не помолвим в предательстве.
Затем Быкадоров вынул из тараков жменю сладких марифет и отдал подростку:
— На, сынок, может ты давно не кушал сластей...
Старик и малыш поблагодарили Быкадорова, и старик сказал:
— Ну, эти марифеты внучек раздаст каждому нашему жильцу — мы тут живем артельским трудом, всё общее — и труд, и пища...
Быкадоров и его спутники простились со стариком и малышом. Обогнув овраг и лесную рощу, казаки двинулись в свой путь в Митякинский форпост на реке Донец.

Прибыв в Митякинскую, урядник Быкадоров управился со своими делами, должившись коменданту форпоста есаулу Потакову, и ушел на отдых. В разговоре с местными жителями о незамерзающей воде в кринице близ реки Белой Калитвы он узнал, что о ней им давно известно, что, дескать, охотники Митякинской станицы бывали в тех краях и привозили воду с той криницы и хворые лечились ею. Один торговец — лавочник Сутормин Никанор, — болел долгие годы: сыпь у него по телу была, а пречь по ногах. Её, эту хворобу, кличут проказа; и, чтолича, он, лавочник Сутормин, заказал охотникам, и оне привезли ему 3 баклаги этой криничной воды. Он пил эту воду, обмывал всё тело, затем сидел на солнце прямо телешом и так, постепенно, всё тело у него очистилось от сыпи и язв. И в знак благодарности этой целебной воде он передал туда святую иконку с образом Пантелеимона-целителя, чтобы этот образок там, у этой криницы, установили...

Собеседник Быкадорова, казак Иванов, спросил шепотом:
— А не довелось тебе, урядник Быкадоров, свидеться у той криницы с людьми-скитальцами; там ведь наши хуторские бедствуют — сколичко лет живут. Мы-то, — как охотники туда едут, — то тайком прошепчем друг другу и снесем, кто что может из одёжки-обувки и передаем туда.

На это вопрос Быкадоров ответил отрицательно — мол, никого ни он, ни его спутники-казаки из людей не видели, да и признаков жизни людей. Там, мол, не позволяют условия — глубокие овраги; с лесным порослем гористые крутезы — может где там в трущобе и живут, но мы не видели никого.

... Вскоре урядник Быкадоров получил от коменданта форпоста митякинской крепости почтовую корреспонденцию в адрес Атамана Дона и со своими спутниками двинулся в путь в столицу — город Черкасск. По прибытии он передал корреспонденцию штабс-офицеру при Атамане господину Слюсареву и поделился с ним рассказом о кринице. Интерсной темой для офицера оказалась незамерзающая зимой вода в кринице близ реки Белой Калитвы.

С прибытием Быкадорова и казаков по Черкасску поползли слухи о необычной лечебной воде в кринице. Эти слухи дошли и до купца Ехрема Петрова. Тот, не мешкая, послал своих людей разыскать урядника Быкадорова. Получив приглашение, Быкадоров с охотой пришел к купцу, захватив с собой привезенную баклажку с водой.

Он подробно рассказал Ехрему и о самой кринице, и о рассказах жителей Десятипятницкой станицы о лечебных свойствах этой воды. В конце беседы изложил и секретности пребывания жильцов у той криницы, но умолял купца не разглашать этого никому. Ободрившись от таких сведений, купец Ехрем Петров, в конце беседы с Быкадоровым, вполголоса переспросил у него:
— А сколичко же там тех беглых скительцев живет у криницы?
— Да вот старик, приходивший за водой к кринице с парнишком, сказывали — пять семейств да два парня-парубка, но живут оне паче скудно, судя по их одежде, — ответил Быкадоров...

Собеседники простились. Быкадоров ушел, оставив в баклажке воду и наспех набросанную карандашом карту маршрута движения до этой криницы и местоположения источника.

Ехрем стал готовиться к поездке на лечение к этой кринице.

-----------------------------------------------

* — основан в 1780 году, в 1678 ещё не было.
** — основан в 1703.
*** — Быкадоров удивлён и понятно, почему: 1678 год, минус 33 года — получается 1645, но никак не 1653.


От редактора | Стр. 2 из 3 | Поездка купца Ехрема на лечение к кринице

Реклама: Официальная продажа хендай дженезис от дилера в Москве .
История | Археология | Религия | Казачество